Пока я ещё жив (водочка с пивом) - любителям поэзии -
Торквато Тассо (1544–1595) — итальянский поэт XVI века, автор поэмы «Освобождённый Иерусалим» (1575).
Сильвия:
Другие пусть в любви отраду ищут,
Когда в любви найти ее возможно,
А я довольна жизнью; лук и стрелы —
Моя забава, бег за быстрым зверем
И наконец решительная схватка —
И он сражен. Покуда звери в зарослях
И стрелы не перевелись в колчане,
В забавах я не знаю недостатка.
Дафна:
Воистину нелепые забавы,
И если ты довольна этой жизнью,
То потому, что ты другой не знаешь.
Так представлялись первобытным людям
Во времена младенчества вселенной
Питьем чудесным и чудесной пищей
Вода и желуди, теперь же это —
Питье и пропитание животных,
А люди хлеб и виноград узнали.
Быть может, если б ты хоть раз вкусила
И тысячную часть отрад сердечных,
Которых не узнать, любви не зная,
Ты б молвила, вздыхая:
«Напрасно тратит время,
Кто не живет любовью.
О, месяцы и годы,
Как много одиноких
Ночей и дней без друга
Я провела впустую,
Что посвятить обычаю могла бы,
Который большей сладостью известен!»
Оставь, оставь упрямство,
Одумайся, глупышка:
Спохватишься потом — да будет поздно.
...
Дафна:
Выходит, овны овцам
Враги? Какая глупость!
Быки враги коровам?
Выходит, голубице
Заклятый ворог голубь?
Выходит, ты расцветом
Вражды весну считаешь,
Блаженнейшую пору,
Которая с улыбкой
Зовет к любви и счастью
Природу и животных,
Мужей и жен? Ужели ты не видишь,
Как все живое нынче
Любовью дышит новой,
Любовью, полной трепетной отрады?
Не видишь? Полюбуйся
На голубя, что, сладостно воркуя,
Целуется с подругой.
А соловей? Послушай,
Как он поет на ветке:
«Люблю, люблю». Узнай, когда не знаешь,
Что змеи нынче поспешают к милым,
Простясь на время с ядом;
Тигрица с тигром рядом,
И гордый лев влюблен. Лишь ты, дикарка,
Чья дикость превосходит
Звериную, любви бежишь упорно.
Да что там твари — тигры, львы и змеи,
Когда растения и те умеют
Любить. Смотри, с какой самозабвенной
Доверчивостью обнимают лозы
Своих мужей любимых; сосны сохнут
По соснам, плачет ивушка по иве,
Бук любит бук, и ясень любит ясень,
А пиния по пинии вздыхает.
И этот дуб корявый
И неприступный с виду, —
Он тоже знает силу
Любовного огня; и ты могла бы
Его услышать вздохи, если б сердце
Твое любить умело. Или хуже
Ты хочешь быть растений,
Не зная наслаждений?
Оставь, оставь упрямство,
Одумайся, глупышка.
Сильвия:
Поверь: как только вздохи
Услышу я растений,
Я погружусь в пучину наслаждений.
Тассо родился в 1544 в Сорренто в аристократической семье. Его мать Порция дей Росси была неаполитанкой по происхождению. Тассо родился в отсутствие своего отца, Бернардо Тассо, занимавшего в то время должность секретаря Ферранте Сансеверино, салернского князя. Отец вернулся в Сорренто в январе 1545; летом того же года перебрался в Салерно, где прошло раннее детство Торквато.
Жизнь Торквато была самая приятная: его ласкали; у него было много денег и ровно никаких обязанностей; он наслаждался пирами и другими блестящими придворными развлечениями, путался в придворные интриги, увлекался честолюбивыми замыслами и понемногу писал свою вторую поэму. Круг его мыслей был романтический. Тассо мечтал о любви и добродетели; ирония была ему чужда, у него не было и поэтической наивности, придающей очарование поэме Ариосто. По своим убеждениям Торквато Тассо был строгий католик и монархист и серьёзно относился к рыцарским идеалам, которые в век гуманизма уже давно казались многим смешными. Самостоятельного творчества он не имел; усердно изучая Гомера, Вергилия, Петрарку. Тассо постоянно колебался в тоне своей поэмы, подражая то одному, то другому из этих поэтов. В нем есть теплота чувства, но мысли у него чужие, тусклые, изобретательности у него нет; он действительно хорош только как лирический поэт. Сонеты, мадригалы, канцоны Тассо нежны, согреты живым чувством. Он написал их очень много. Он – лучший из петраркистов своего времени. С очень ранней молодости Торквато приобрел славу великого поэта.
Он жил при феррарском дворе, но не имел его расчётливости, отдавался своим чувствам с мечтательной страстностью, не понимал своего действительного придворного положения, был тщеславен, обидчив, требователен и этими своими слабостями погубил себя. Счастье долго баловало Торквато Тассо, и привычка к почету расстроила его впечатлительные нервы.
Благодаря заботливости сестры, душа поэта успокоилась. Он пожелал возвратиться в Феррару. Его приняли там очень милостиво, но Тассо казалось, что на него смотрят с сожалением и насмешкой. Он уехал, болезненная раздражительность не давала ему спокойствия нигде. Он уехал из Мантуи в Падую, из Падуи в Венецию, потом уехал в Урбино, оттуда в Турин и нигде не находил спокойного приюта. Мысли его влеклись в Феррару. Торквато приехал туда на праздники бракосочетания герцога с принцессой Маргаретой Гонзагой и подвергся беде. Как произошла она, он сам не рассказал. Распространился слух, напечатанный у Муратори. Он говорит, что Тассо стал жертвой страстной и безнадежной любви к принцессе Леоноре, сестре герцога Альфонса. Но нет надобности в этом сказочном объяснении несчастной судьбы поэта, больного душой: мы знаем, что он держал себя при дворе безрассудно, в припадках меланхолии резко жаловался на неблагодарность Альфонса, оскорблял придворных; герцог был человек суровый и нашел нужным прекратить эти обидные выходки. Он не наказал Тассо, как об этом впоследствии говорила баснословная молва, но счёл его сумасшедшим, которого следует отдать под надзор, и в 1579 году велел отвезти его в больницу святой Анны. Там Торквато держали семь лет. Это не была мрачная тюремная келья, которую показывают теперь в Ферраре туристам и называют темницей Тассо. Он жил в больнице. Но его действительно держали там под надзором. У него бывали временами припадки сумасшествия, но временами рассудок его прояснялся, и он продолжал своё творчество: писал стихи, философские размышления.
Ах вот он каков, таинственный Торквато Тассо, упомянутый Игорем Северяниным в Поэзе трех принцесс...
- Я к Вам по поводу Торквато Тассо...
В гареме - паника. Грозит бойкот...
В негодовании княжна Инстасса
И к светозарному сама идет...

Сообщение отредактировал Vads: 11 March 2017 - 18:05